Родительский дом, начало начал…
                                                                                                                                           М. Рябинин

ШТРИХИ МОЕГО ДЕТСТВА

                                              

    Это моя родная хата в селе Станишовка  возле украинского города Житомира. Ее построил мой прадед в 1898 году. В хате лишь одна большая комната с земляным полом и печь для обогрева. В этой хате я родился 20 марта 1937 года. Здесь прошло мое  детство.   В 1941 году мне пришлось жить в ней вместе с немецкими солдатами. С одним из них часто беседовал мой отец. По рассказам отца, этот солдат ругал и Гитлера, и Сталина. Солдата звали Адольф. В 1943 году соломенная крыша моей хаты и многие другие хаты в селе сгорели. Их подожгли зажигательными пулями отступавшие оккупанты. Во время обстрела села я, моя мама и некоторые соседи прятались в нашем погребе рядом с хатой. 
      В 1944 году я начал учиться в сельской школе. В ней было только одно учебное помещение. В первую смену учились первый и третий классы, а во вторую смену - второй и четвертый. Тетрадей и учебников не было. Писали на старых газетах. Для освещения использовались керосиновые  лампы.  Во всех классах занятия проводила одна учительница - Свидерская Евгения Николаевна.
     Я хорошо помню день Победы. Вместе с мамой мы пошли в разрушенный Житомир. Раньше я никогда не видел такого количества людей. Их радости не было границ. Это был всенародный праздник. Но очень скоро начались печальные будни. Родители и все односельчане работали в колхозе фактически бесплатно. Без паспорта на другую работу крестьян не принимали. Паспорт получить удавалось немногим.Для мальчишек война продолжалась. Они находили снаряды и гранаты. Некоторые мальчишки погибли или остались инвалидами.
     Хорошо помню голодную зиму 1947 года. Не могу забыть один печальный эпизод. Мой одноклассник стащил у одноклассницы  ломоть хлеба. За это перед всеми учениками его срамила учительница. Вскоре этот мальчик умер от голода. Некоторые односельчане тоже умерли от голода.  Мне и моим  родителям удалось выжить. Хлеб на столе был очень редко. Но у нас была кормилица-корова. С четырехлетнего возраста в мои обязанности входило сопровождать корову на пастбище. Зимой корове в пищу  пришлось подмешивать мелко нарезанную солому. Но и ее не было. Пришлось срывать соломенную крышу хаты. Пришла весна. Но до нового урожая было еще далеко. Наша соседка сорвала на  колхозном поле немного недозрелых колосьев. Ее муж погиб на фронте. У нее было четверо малых детей. За воровство она была осуждена и отбывала тюремное заключение.
    В 1948 году я закончил четыре класса  с похвальной грамотой. Учительница сама отвела меня к директору средней школы №23 в Житомире. Она   попросила его принять меня в пятый класс  для продолжения учебы.
     Расстояние до школы  8 километров приходилось преодолевать пешком. Особенно трудно было зимой. Заснеженная дорога от села до города утром всегда была безлюдной и не освещалась. Так прошли бесконечно долгие 6 лет. В 1954 году я получил аттестат зрелости с серебряной медалью и поехал в Киев. Меня приняли на лесоинженерный факультет Украинской академии сельскохозяйственных наук. Я стал студентом. Началась новая жизнь. Но об этом дальше…

                                              The parent dwelling, the beginning of the beginnings …
                                                                                                                                           M. Ryabinin
                                                          
                                                                   ACCENTS OF MY CHILDHOOD

   It is my native hut in village Stanishovka near the Ukrainian city of Zhitomir. It was built by my great-grandfather in 1898. In a hut only one greater room with an earth floor and the furnace for heating. In this hut I was born on March, 20th, 1937. Here has transited my childhood. In 1941 I had  live in it together with German soldiers. My father often talked to one of them. Under stories of the father, this soldier abused both Hitler, and Stalin. The soldier called Adolf. In 1943 a straw roof of my hut and many other things huts in village have burned down. Them burn incendiary bullets drawn off invaders. During bombardment  my family  and some neighbours were hidden in our cellar near to a hut. 
      In 1944 I have started to study at village’s school. In it there was only one educational location. In the first change the first and third class studied. In the second change - second and the fourth class studied. Writing-books and textbooks was not. Wrote on old newspapers. For irradiating kerosene valves were used. In all class-rooms of occupation one teacher - spent Sviderskaja Evgenie Nikolaevna.
     I well remember day of the Victory. Together with mum we have gone to the destroyed Zhitomir. Earlier I never saw such amount of people. Their pleasures were not boundaries. It was a national holiday. But sad everyday lives have very soon begun. Parents and all fellows villager worked in collective farm actually free of charge. Without the certificate on other operation of peasants did not accept. The certificate to gain it was possible to the little. For boys war proceeded. They found shells and grenades. Some boys perished or remained invalids.
     I well remember hungry winter of 1947. I can not forget one sad episode. My schoolmate has pulled down a chunk of bread at the schoolmate. For it before all pupils it was shamed by the teacher. Soon this boy has died of famine. Some fellows villager too have died of famine. I and my parents managed to survive. Bread on a table was very rare. But we had a wet nurse-cow. From four-year-old age my duties went into to accompany with the cow on a pasteurage. In the winter the cow had to mix finely cut straw with food. But also it was not. It was necessary to break a straw roof of a hut. The spring has come. But till a new crop it was still far. Our neigbour has broken on a collective-farm floor a few unripe ears. Its husband has perished at the front. She has four small children. She has been condemned for larceny and left imprisonment.
    In 1948 I have finished four class-rooms with the creditable letter. The teacher herself has assigned me to director of high school №23 in Zhitomir. It has asked it to accept me in the fifth class-room for prolongation of study.
     The distance up to school of 8 kilometres should be overcome on foot. It was especially difficult in the winter. The road from village up to city in the morning always was deserted,  coated by a snow and was not illuminated. So have transited perpetually part 6 years. In 1954 I have gained the school-leaving certificate with a silver medal and have gone to Kiev. I have accepted on wood engineers faculty of the Ukrainian academy of agricultural sciences. I became the student. The new life has begun. But about it further…